Принцип res judicata: доктрина и практика
Понятие и историко-правовые основания принципа
Общие вводные
Принцип res judicata («разрешённое дело») восходит к римскому праву и признаётся общим принципом права практически всех национальных правовых систем, а также международного права. В своём классическом виде принцип означает, что окончательное и не подлежащее дальнейшему обжалованию решение суда или арбитража является обязательным для сторон спора и не может быть пересмотрено или повторно рассмотрено по тому же предмету.
В докладе Комитета по международному коммерческому арбитражу Ассоциации международного права (International Law Association, ILA) отмечается, что принцип res judicata признан во всех национальных правопорядках и рассматривается как общий принцип международного права; его истоки прослеживаются в древнегреческом обычае, римском праве и древнеиндийских правовых текстах. Итоговый (Final) и промежуточный (Interim) доклады Комитета ILA по вопросам res judicata и lis pendens в арбитраже (2006 и 2009 гг.) стали одним из основных доктринальных источников современного понимания данного института применительно к арбитражу.
В докладе Комитета по международному коммерческому арбитражу Ассоциации международного права (International Law Association, ILA) отмечается, что принцип res judicata признан во всех национальных правопорядках и рассматривается как общий принцип международного права; его истоки прослеживаются в древнегреческом обычае, римском праве и древнеиндийских правовых текстах. Итоговый (Final) и промежуточный (Interim) доклады Комитета ILA по вопросам res judicata и lis pendens в арбитраже (2006 и 2009 гг.) стали одним из основных доктринальных источников современного понимания данного института применительно к арбитражу.
В сфере международного публичного права нормативной опорой принципа традиционно выступают статьи 59−60 Статута Международного Суда ООН, согласно которым решение Суда обязательно лишь для участвующих в деле сторон и лишь по данному делу (ст. 59), а также является окончательным и не подлежит обжалованию (ст. 60). Аналогичное положение о res judicata содержится в статье 81 Гаагской конвенции о мирном разрешении международных споров 1907 г., закрепляющей, что третейское решение разрешает спор окончательно и безапелляционно, а также в статье 34 Типового регламента арбитражной процедуры, принятого Комиссией международного права ООН, которая закрепляет окончательность арбитражного решения по спору.
Условия применения: критерий «тройной идентичности»
Доминирующим доктринальным тестом для установления применимости res judicata как в межгосударственных, так и в арбитражных спорах остаётся так называемый критерий «тройной идентичности» (triple identity test): совпадение сторон, предмета требования (petitum) и основания требования (causa petendi).
Согласно Промежуточному докладу ILA, доктрина res judicata в широком смысле означает, что более раннее и окончательное решение суда или арбитражного трибунала является обязывающим в последующем разбирательстве, касающемся того же предмета спора и той же правовой основы между теми же сторонами. В докладе указываются четыре условия применения доктрины в международном праве: (i) разбирательства должны проводиться перед судами или трибуналами международного правопорядка; (ii) требование должно совпадать по объекту (relief); (iii) по основаниям; и (iv) сторонам. Джордж Бермaнн в своей работе о res judicata в международном арбитраже также подчёркивает, что доктрина применяется только там, где совпадают (1) стороны и (2) вопрос, вынесенный на рассмотрение (matter in dispute), причём второй элемент традиционно раскладывается на предмет требования (petitum) и основания требования (causa).
Важно, что, согласно позиции ILA, res judicata в международном праве касается только эффекта решения одного международного трибунала на последующее разбирательство перед другим международным трибуналом; органы международного разрешения споров, как правило, не считаются связанными решениями национальных судов. Также в докладе отмечается, что res judicata применяется лишь тогда, когда «объект» (object) или petitum двух требований совпадают.
Аналогичный подход изложен в исследовании, посвящённом res judicata в инвестиционном арбитраже: два бесспорных признака доктрины — то, что она является общим принципом (международного) права, и то, что для её применения используется трёхчастный тест тождества сторон, предмета спора и правовых оснований. Там же указывается дополнительное условие: решение, приговор или арбитражное решение должно быть окончательным и обязательным (final and binding), что для решений международных инвестиционных трибуналов, как правило, презюмируется.
Согласно Промежуточному докладу ILA, доктрина res judicata в широком смысле означает, что более раннее и окончательное решение суда или арбитражного трибунала является обязывающим в последующем разбирательстве, касающемся того же предмета спора и той же правовой основы между теми же сторонами. В докладе указываются четыре условия применения доктрины в международном праве: (i) разбирательства должны проводиться перед судами или трибуналами международного правопорядка; (ii) требование должно совпадать по объекту (relief); (iii) по основаниям; и (iv) сторонам. Джордж Бермaнн в своей работе о res judicata в международном арбитраже также подчёркивает, что доктрина применяется только там, где совпадают (1) стороны и (2) вопрос, вынесенный на рассмотрение (matter in dispute), причём второй элемент традиционно раскладывается на предмет требования (petitum) и основания требования (causa).
Важно, что, согласно позиции ILA, res judicata в международном праве касается только эффекта решения одного международного трибунала на последующее разбирательство перед другим международным трибуналом; органы международного разрешения споров, как правило, не считаются связанными решениями национальных судов. Также в докладе отмечается, что res judicata применяется лишь тогда, когда «объект» (object) или petitum двух требований совпадают.
Аналогичный подход изложен в исследовании, посвящённом res judicata в инвестиционном арбитраже: два бесспорных признака доктрины — то, что она является общим принципом (международного) права, и то, что для её применения используется трёхчастный тест тождества сторон, предмета спора и правовых оснований. Там же указывается дополнительное условие: решение, приговор или арбитражное решение должно быть окончательным и обязательным (final and binding), что для решений международных инвестиционных трибуналов, как правило, презюмируется.
Применимое право к res judicata в арбитраже
Одна из наиболее дискуссионных проблем доктрины — определение применимого права, по которому должен оцениваться res judicata эффект предшествующего арбитражного решения во втором разбирательстве. В докладе IBA выделяются три потенциально релевантные правовые системы: (i) правовая система, в которой было вынесено первое решение (the emitting legal system); (ii) lex fori — право места рассмотрения второго спора; и (iii) lex arbitri — право, применимое к арбитражной процедуре.
Согласно преобладающему в докладе IBA подходу, трибуналы обычно обосновывают выбор права места арбитража (seat) тем, что res judicata представляет собой процессуальный вопрос, а право места арбитража, как правило, регулирует процессуальные вопросы в качестве lex arbitri; преобладающий подход состоит в применении права места проведения второго арбитражного разбирательства, в котором возникает вопрос res judicata, хотя отдельные трибуналы обращались и к иным правовым системам.
В части терминологии составители доклада ILA сознательно используют термин res judicata в широком смысле, признавая расхождения в терминологии между правопорядками, но подчёркивая общепринятость применения данной доктрины к международному арбитражу, в том числе в отношении окончательного арбитражного решения, которое обладает как позитивным, так и негативным res judicata эффектом.
Согласно преобладающему в докладе IBA подходу, трибуналы обычно обосновывают выбор права места арбитража (seat) тем, что res judicata представляет собой процессуальный вопрос, а право места арбитража, как правило, регулирует процессуальные вопросы в качестве lex arbitri; преобладающий подход состоит в применении права места проведения второго арбитражного разбирательства, в котором возникает вопрос res judicata, хотя отдельные трибуналы обращались и к иным правовым системам.
В части терминологии составители доклада ILA сознательно используют термин res judicata в широком смысле, признавая расхождения в терминологии между правопорядками, но подчёркивая общепринятость применения данной доктрины к международному арбитражу, в том числе в отношении окончательного арбитражного решения, которое обладает как позитивным, так и негативным res judicata эффектом.
Res judicata в практике инвестиционного арбитража ICSID
Показательным примером применения и уточнения доктрины res judicata в инвестиционном арбитраже служит судебные разбирательства Amco Asia Corporation and Others v. Republic of Indonesia. В 1986 г. Комитет ad hoc, образованный по требованию Индонезии на основании статьи 52 Конвенции ICSID, аннулировал решение 1984 г. в части одного из основных выводов трибунала на том основании, что трибунал «явно превысил свои полномочия» и «не изложил мотивов», что является основаниями для аннулирования по статье 52(1) Конвенции ICSID.
Первой задачей нового (второго) трибунала, сформированного после частичного аннулирования, стало определение того, какие выводы предыдущих органов приобрели силу res judicata и не подлежат повторному рассмотрению [web:22]. Второй трибунал ICSID постановил: (1) что выводы первого трибунала, не аннулированные Комитетом ad hoc, являются res judicata; (2) что вопросы, по которым выводы первого трибунала были аннулированы, могут быть пересмотрены заново; и (3) что мотивировка самого Комитета ad hoc, в отличие от собственно его решения об аннулировании, не является обязывающей для второго трибунала.
Данный кейс иллюстрирует важный доктринальный вывод: в системе ICSID частичное аннулирование решения по статье 52 Конвенции формирует «смешанный» res judicata эффект — неаннулированные части решения продолжают быть обязательными между сторонами, тогда как аннулированные подлежат новому рассмотрению по существу. Как отмечается в материалах по данному делу, согласно позиции одного из арбитров, если Комитет ad hoc аннулирует лишь часть решения, то те части решения, которые не были аннулированы, приобретают силу res judicata между сторонами, и данный вывод продиктован обычным значением, целями и контекстом статьи 52 Конвенции ICSID.
Первой задачей нового (второго) трибунала, сформированного после частичного аннулирования, стало определение того, какие выводы предыдущих органов приобрели силу res judicata и не подлежат повторному рассмотрению [web:22]. Второй трибунал ICSID постановил: (1) что выводы первого трибунала, не аннулированные Комитетом ad hoc, являются res judicata; (2) что вопросы, по которым выводы первого трибунала были аннулированы, могут быть пересмотрены заново; и (3) что мотивировка самого Комитета ad hoc, в отличие от собственно его решения об аннулировании, не является обязывающей для второго трибунала.
Данный кейс иллюстрирует важный доктринальный вывод: в системе ICSID частичное аннулирование решения по статье 52 Конвенции формирует «смешанный» res judicata эффект — неаннулированные части решения продолжают быть обязательными между сторонами, тогда как аннулированные подлежат новому рассмотрению по существу. Как отмечается в материалах по данному делу, согласно позиции одного из арбитров, если Комитет ad hoc аннулирует лишь часть решения, то те части решения, которые не были аннулированы, приобретают силу res judicata между сторонами, и данный вывод продиктован обычным значением, целями и контекстом статьи 52 Конвенции ICSID.
Соотношение с российской процессуальной доктриной
В отечественной литературе, посвящённой соотношению res judicata и категории преюдиции в государственных судах и международном коммерческом арбитраже, отмечается, что формула res judicata, восходящая к римскому праву, предусматривает, что окончательное решение компетентного суда, вступившее в силу, обязательно для сторон и не может быть отменено. В. В. Ярков, чья позиция приводится в данной работе, указывает, что правило преюдиции (аналог позитивного эффекта res judicata) делает ненужным доказывание фактов, установленных вступившим в силу судебным решением, в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ, освобождающей стороны от повторного доказывания таких фактов в другом деле между теми же сторонами.
Там же подчёркивается принципиальное условие признания res judicata эффекта иностранных судебных решений на территории России: согласно позиции В. В. Яркова, res judicata эффект решений иностранных судов обусловлен предварительным признанием и приведением в исполнение такого решения; до признания решение не имеет юридической силы на территории Российской Федерации ни для государственных судов, ни для иных субъектов, ни для арбитражных (третейских) органов, находящихся в России. Аналогичным образом res judicata эффект арбитражных (третейских) решений признаётся достижимым только в отношении тех решений, которые были подтверждены государственными судами путём выдачи исполнительного листа, то есть фактически приобрели силу через соответствующий судебный акт государственного суда.
Данная позиция отличается от преобладающего в международной арбитражной доктрине подходы, согласно которому res judicata эффект арбитражного решения признаётся автономно, вне зависимости от факта его последующего принудительного исполнения государственным судом, что отражает специфику российской процессуальной традиции в вопросе взаимодействия между государственными судами и институтами альтернативного разрешения споров.
Там же подчёркивается принципиальное условие признания res judicata эффекта иностранных судебных решений на территории России: согласно позиции В. В. Яркова, res judicata эффект решений иностранных судов обусловлен предварительным признанием и приведением в исполнение такого решения; до признания решение не имеет юридической силы на территории Российской Федерации ни для государственных судов, ни для иных субъектов, ни для арбитражных (третейских) органов, находящихся в России. Аналогичным образом res judicata эффект арбитражных (третейских) решений признаётся достижимым только в отношении тех решений, которые были подтверждены государственными судами путём выдачи исполнительного листа, то есть фактически приобрели силу через соответствующий судебный акт государственного суда.
Данная позиция отличается от преобладающего в международной арбитражной доктрине подходы, согласно которому res judicata эффект арбитражного решения признаётся автономно, вне зависимости от факта его последующего принудительного исполнения государственным судом, что отражает специфику российской процессуальной традиции в вопросе взаимодействия между государственными судами и институтами альтернативного разрешения споров.
Заключение
Анализ доктрины и практики показывает, что принцип res judicata, будучи общим принципом права, признанным как в международном публичном праве, так и в международном коммерческом и инвестиционном арбитраже, сохраняет единую концептуальную основу — тест «тройной идентичности» сторон, предмета и основания требования — при существенных различиях в деталях его применения. Практика Международного Суда ООН (дело о применении Конвенции о геноциде, 2007 г.) демонстрирует строгую привязку res judicata к резолютивной части решения и признание принципа гарантией стабильности правовых отношений между сторонами конкретного спора. Практика ICSID (дело Amco Asia v. Indonesia) показывает более сложную, «расчленённую» структуру res judicata эффекта в условиях частичного аннулирования решений. Наконец, сохраняющаяся неопределённость в вопросе применимого права к res judicata в арбитраже (emitting legal system, lex fori, lex arbitri) остаётся одной из ключевых нерешённых доктринальных проблем, требующих дальнейшего изучения.
Список использованных источников
1. De Ly, F., Sheppard, A. ILA Interim Report on Res Judicata and Arbitration // Arbitration International. — 2009. — Vol. 25, Issue 1. — P. 35−66.
2. International Law Association. Final Report on Res Judicata and Arbitration (International Commercial Arbitration Committee). — Toronto, 2006.
3. International Bar Association, Arbitration Committee Task Force. Report on Res Judicata in International Arbitration.
4. Bermann, G. A. Res Judicata in International Arbitration // Columbia Law School Faculty Scholarship. — 2023.
5. Belyakova, J., Bakhin, S. Res Judicata in State Courts and International Commercial Arbitration Courts: the Doctrine and Practice in the Russian Federation // Journal of Private International Law. — 2015. — Vol. 88, No. 2. — P. 16−27.
6. Amco Asia Corporation and Others v. Republic of Indonesia, ICSID Case No. ARB/81/1, Decision on Jurisdiction in Resubmitted Proceeding.
7. Amco Asia Corp. v. Republic of Indonesia // American Journal of International Law. — Vol. 83, Issue 1 (комментарий к решению Комитета ad hoc об аннулировании 1986 г.).
8. Конвенция об урегулировании инвестиционных споров между государствами и физическими или юридическими лицами других государств (Вашингтонская конвенция), 1965 г. — ст. 52.
9. Статут Международного Суда ООН, 1945 г. — ст. 59−60.
10. Гаагская конвенция о мирном разрешении международных споров, 1907 г. — ст. 81.
11. Типовой регламент арбитражной процедуры, принятый Комиссией международного права ООН — ст. 34.
2. International Law Association. Final Report on Res Judicata and Arbitration (International Commercial Arbitration Committee). — Toronto, 2006.
3. International Bar Association, Arbitration Committee Task Force. Report on Res Judicata in International Arbitration.
4. Bermann, G. A. Res Judicata in International Arbitration // Columbia Law School Faculty Scholarship. — 2023.
5. Belyakova, J., Bakhin, S. Res Judicata in State Courts and International Commercial Arbitration Courts: the Doctrine and Practice in the Russian Federation // Journal of Private International Law. — 2015. — Vol. 88, No. 2. — P. 16−27.
6. Amco Asia Corporation and Others v. Republic of Indonesia, ICSID Case No. ARB/81/1, Decision on Jurisdiction in Resubmitted Proceeding.
7. Amco Asia Corp. v. Republic of Indonesia // American Journal of International Law. — Vol. 83, Issue 1 (комментарий к решению Комитета ad hoc об аннулировании 1986 г.).
8. Конвенция об урегулировании инвестиционных споров между государствами и физическими или юридическими лицами других государств (Вашингтонская конвенция), 1965 г. — ст. 52.
9. Статут Международного Суда ООН, 1945 г. — ст. 59−60.
10. Гаагская конвенция о мирном разрешении международных споров, 1907 г. — ст. 81.
11. Типовой регламент арбитражной процедуры, принятый Комиссией международного права ООН — ст. 34.